Сергей Алданов — дневник.

Слова, слова, слова.

Сказочные иллюстрации «К ночи перед Рождеством» Гоголя.

— Так ты, кум, еще не был у дьяка в новой хате? — говорил козак Чуб, выходя из дверей своей избы, сухощавому, высокому, в коротком тулупе, мужику с обросшею бородою, показывавшею, что уже более двух недель не прикасался к ней обломок косы, которым обыкновенно мужики бреют свою бороду за неимением бритвы. — Там теперь будет добрая попойка! — продолжал Чуб, осклабив при этом свое лицо. — Как бы только нам не опоздать .

Оксана отдвигая несколько подалее от себя зеркало, вскрикнула «Нет, хороша я! Ах, как хороша! Чудо! Какую радость принесу я тому, кого буду женою! Как будет любоваться мною мой муж! Он не вспомнит себя. Он зацелует меня насмерть»

Солоха думала долго, куда спрятать такого плотного гостя; наконец выбрала самый большой мешок с углем; уголь высыпала в кадку, и дюжий голова влез с усами, с головою и с капелюхами в мешок.

Дьяк вошел, покряхтывая и потирая руки, и рассказал, что у него не был никто и что он сердечно рад этому случаю погулятьнемного у нее и не испугался метели. Тут он подошел к ней ближе, кашлянул, усмехнулся, дотронулся своими длинными пальцами ее обнаженной полной руки и произнес с таким видом, в котором выказывалось и лукавство, и самодовольствие:— А что это у вас, великолепная Солоха? — И, сказавши это, отскочил он несколько назад.

Чудно блещет месяц! Трудно рассказать, как хорошо потолкаться в такую ночь между кучею хохочущих и поющих девушек и между парубками, готовыми на все шутки и выдумки, какие может только внушить весело смеющаяся ночь. Под плотным кожухом тепло; от мороза еще живее горят щеки; а на шалости сам лукавый подталкивает сзади .

Читать также:  Как нарисовать портрет поэтапно для начинающих


Кузнец не без робости отворил дверь и увидел Пацюка, сидевшего на полу по-турецки. Тут заметил Вакула, что ни галушек, ни кадушки перед ним не было; но вместо того на полу стояли две деревянные миски: одна была наполнена варениками, другая сметаною. Мысли его и глаза невольно устремились на эти кушанья. «Посмотрим, — говорил он сам себе, — как будет есть Пацюк вареники. Наклоняться он, верно, не захочет, чтобы хлебать, как галушки, да и нельзя: нужно вареник сперва обмакнуть в сметану».

Только что он успел это подумать, Пацюк разинул рот, поглядел на вареники и еще сильнее разинул рот. В это время вареник выплеснул из миски, шлепнул в сметану, перевернулся на другую сторону, подскочил вверх и как раз попал ему в рот .

Тут выдернули они наскоро из плетня палки, положили на них мешок и понесли на плечах.

— Куда ж мы понесем его? в шинок? — спросил дорогою ткач.

— Оно бы и я так думал, чтобы в шинок; но ведь проклятая жидовка не поверит, подумает еще, что где-нибудь украли; к тому же я только что из шинка. Мы отнесем его в мою хату. Нам никто не помешает: жинки нет дома.

— Боже ты мой, что за украшение! — вскрикнул он радостно, ухватив башмаки. — Ваше царское величество! Что ж, когда башмаки такие на ногах, и в них чаятельно, ваше благородие, ходите и на лед ковзаться, какие ж должны быть самые ножки? думаю, по малой мере из чистого сахара.

Читать также:  Как нарисовать вампира

Государыня, которая точно имела самые стройные и прелестные ножки, не могла не улыбнуться, слыша такой комплимент из уст простодушного кузнеца, который в своем запорожском платье мог почесться красавцем, несмотря на смуглое лицо.

…и вдруг заблестел перед ним Петербург весь в огне. (Тогда была по какому-то случаю иллюминация.)

— Погляди, какие я тебе принес черевики! — сказал Вакула, — те самые, которые носит царица.

— — Нет! нет! мне не нужно черевиков! — говорила она, махая руками и не сводя с него очей, — я и без черевиков. — Далее она не договорила и покраснела.

Кузнец подошел ближе, взял ее за руку; красавица и очи потупила. Еще никогда не была она так чудно хороша. Восхищенный кузнец тихо поцеловал ее, и лицо ее пуще загорелось, и она стала еще лучше.

Нечистая сила пока еще легко помещается в казацком кармане.

Кость Лавро родился в 1961 на одном из «гоголевских» хуторов близ Диканьки. Карандаш в руки взял еще совсем маленьким — очень уже ему нравились черно-белые иллюстрации «Украинских народных сказок». Оттуда с большим рвением срисовывались волчища-братища и лисички-сестрички («Вот хорошо было бы, если бы мои книжки тоже у кого-то пробудили любовь к этому делу, а затем, гляди, и новый талант вырастет», — мечтает художник сегодня). Однажды отец показал рисунки сына учительнице, которая и помогла Косте подготовиться к поступлению в Республиканскую художественную школу. А потом были армия, институт и работа на должности художественного редактора, в журнале «Барвинок», «Днепр» (много иллюстраций к книжкам разных авторов), и сотрудничество в журнале «Подсолнух».